Анна Пироженко: «Йог, даже в большом городе — это немного сверхчеловек»
Что таит в себе таинственное слово «йога».
Текст: Анастасия Романенко
йога йога
Многие из нас сталкивались с йогой и даже, наверняка, ходили на занятия. Впечатления у всех разные: кто-то не воспринимает йогу всерьез, засыпает на занятиях и в итоге предпочитает тренажерный зал, а кто-то настолько влюбляется в нее, что посвящает ей всю жизнь. Мы поговорили с преподавателем йоги Анной Пироженко, узнали о ее пути становления в этой профессии и попытались разобраться, что же таит в себе это таинственное слово «йога».
Каждый по-разному приходит к делу всей своей жизни и всегда интересно, какой путь становления проходит человек. Расскажи о том, как все начиналось?
Йога — это целая история жизни, потому что она объединяет в себе все. У меня, по крайней мере, так — не могу сказать, когда это началось, и началось ли по-настоящему (смеется).

Что касается подготовки тела к практике, то началось все с художественной гимнастики, которой я занималась в детстве в течение 4 лет. У меня были неплохие данные. Но я выросла в семье военного и мы переезжали с места на место. Однажды мы перебрались в такой закрытый гарнизон, где не было спортивной школы, и, соответственно, возможности развиваться в этом направлении тоже. Сначала я пыталась какой-то там хореографией заниматься, но мне было не очень интересно, быстро бросила. И только уже в старших классах пошла заниматься в театральную студию. Казалось бы, какое это отношение может иметь к йоге? На самом деле более, чем прямое. Например, есть исследования, подтверждающие, что одним из важнейших источников театральной системы Станиславского было именно учение йогов. Но в школе я, конечно, об этом не знала. Да и с системой Станиславского познакомилась уже значительно позже.
Ты, получается, окончила школу и что дальше? Ты пошла поступать в Театральную Академию?
Нет, конечно, не пошла. Как у большинства людей, мои родители не считали мечту о поступлении в Театральный чем-то серьезным. Более того, я еще хотела на Журфак, но родители и этот мой порыв по разным причинам пресекли. Решено было поступить в Северо-Западную Академию Гос. Службы, которую на тот момент мой брат заканчивал с красным дипломом. Я стала туда покорно готовиться, но в последний момент стукнула кулаком по столу и сказала твердое «нет». В итоге пришли к компромиссу — им оказался Институт Культуры, факультет «Истории Мировой Культуры». До 3 курса мечтала оттуда уйти и заняться чем-то еще, в том числе, первые три курса пыталась подготовиться к поступлению в Театральную Академию.
И как сложилось с поступлением, ты попробовала?
Нет, меня все время что-то останавливало: страх неудачи, родительские стереотипы. Я думаю, это довольно обыденная история, многие через это проходили. Но что интересно, я не жалею об этом. Наоборот, считаю — хорошо, что сложилось именно так. Вообще, весь период получения высшего образования я искала себя, порывалась уйти в другие институты. Но именно в это время все начинало складываться, как пазл, и вести меня к йоге, о чем я и не подозревала.

Еще на первом курсе я прочитала книгу «Сиддхартха» Гессе, которая на какое-то время стала моей Библией. Неповторимость индивидуального постижения духовного пути, божественная сущность человеческой природы — все это вперемешку с моим юношеским максимализмом зажгло во мне пламя любви к чему-то сверх запредельному. И я стала читать много различной литературы, но отнюдь не эзотерической. Меня больше интересовала философия, экзистенциальная психология, всякая хиппи литература об измененных состояниях сознания и что-то художественное о дебрях разума. Это в итоге привело меня к написанию диплома по философии искусства, что на каком-то этапе казалось идеальным вектором моего пути. Но стало промежуточным этапом. Параллельно со всем этим тело мне мое говорило, что нужно как-то проявляться: мне не хватало самовыражения посредством тела. И я начала искать: стала даже где-то танцевать. Но, в итоге попала на эстрадную пантомиму, чем, в общем, лет пять занималась в общей сложности.
Чем тебя так зацепила пантомима?
Пантомима мне нравилась тем, что она помогала себя осознать через движение: человек — это как пластилин. Один человек на пустой сцене может сам, в принципе, при хорошем мастерстве, собой явить весь мир. Без слов, причем. Меня это завораживало. Но не из тщеславной потребности «я хочу быть всем миром», а из глубокого стремления вживаться в этот мир и таким образом познать себя.

Обучающие практики были очень интересны и разнообразны — от движения с осознаванием друг друга с завязанными глазами до исследования собственного центра. Для меня этот опыт был во многом связан с духовностью.

В тот период я прочла свою первую книгу непосредственно по йоге. Это был самиздатовский перевод практических уроков, сделанный в 60-е годы дедушкой одной моей знакомой. Такой ценный раритет в аккуратном переплете, все отпечатано на машинке. Историческая подоплека издания уже сама по себе невероятно вдохновляла к изучению текста. Плюс сам текст, несомненно, увлек. Стала практиковать дома. Физические данные позволяли делать многое, но не хватало подробностей. Попробовала позаниматься в разных студиях и как-то разочаровалась.
Анна Пироженко
Фотограф: Елена Григорьева
Что тебя не устраивало в студиях?
Я ожидала встретить учителя другим. Мне представлялось что йог, даже в большом городе — это немного сверхчеловек. По крайней мере, если и человек, то очень энергетически сильный, с магнетическим взглядом и плавными движениями. Все его существо должно было молчаливо сообщать о том, что он поднялся над всей суетностью мира — примерно такой образ.

А на деле я встретила просто слегка смягченных физкультурников, в разной степени суетливых и в разной степени неуклюжих. «И это они будут учить меня духовному пути?» — душа моя протестовала.

Забегая вперед, скажу, что претензий и противоречий было и потом еще много, даже когда уже сама начала преподавать. И к себе в том числе.

Потом, наверное, наступил момент принятия себя. Даже не знаю точно, когда именно это произошло. И я поняла, что у каждого учителя свой ученик, соответственно — у каждого ученика свой учитель. Более того — вообще все зеркально.

Что касается моего самоопределения теперь как преподавателя, то я считаю, что я проводник. Человек приходит ко мне с какими-то зажимами в теле, но эти зажимы изначально идут на уровне сознания. И я должна его почувствовать и принять с этим всем. Я просто пытаюсь его направить к самому же себе, временами это экспериментальная работа. Сама тоже непрерывно учусь, наблюдаю, в том числе за собой. При всем при этом понимаю, что могу ученику не понравиться, и иногда нам может быть трудно друг с другом. Но если он пришел именно ко мне, значит это уже урок, иногда для нас обоих.
Кто идет в преподаватели йоги: люди, желающие себя раскрыть или помочь кому-то раскрыться, и так или иначе больше изначально уделяющие время духовному развитию или просто те, кому нравится сама йога как комплекс физических упражнений и на этом все?
Все по-разному, это от человека зависит. Каждый путь уникален. Кто-то решает, что это модно и прикольно: проходят курсы, изучают список асан и вперед в фитнес-центр. Кто-то ищет себя, кто-то стремится к совершенству.

И потом, границы йоги очень размыты. Никто не скажет точно и наверняка, где она начинается, а где ее предел. Вот я сама иногда думаю, что йога — это то, чем я занималась всю жизнь на самом деле. А иногда встречаю таких удивительных людей, что мне кажется — еще не начинала (я немного уже говорила об этом в самом начале нашего разговора).

Да, и такой каламбур добавлю — можно быть преподавателем йоги и не быть йогом, а можно заниматься упаковкой подарков и быть йогом. Все относительно.
Ты очень разносторонний человек: окончила институт Культуры, занималась пантомимой, работала журналистом, занималась организацией мероприятий в сфере культуры и тебя даже занесло в танцевальную тусовку в Bye Bye Ballet. Как ты все-таки пришла к преподаванию йоге?
Спасибо, да, весьма своеобразный путь. Все так соединялось, лепилось, как снежный ком. Сама удивилась, что однажды это произошло. Никогда об этом не мечтала на самом деле. Но оказалось, что слепилось и лепится до сих пор. Каждый вид моей деятельности привносил свой опыт к тому, что у меня есть на сегодняшний день. В принципе, это как у любого человека. А если конкретнее, то расскажу по порядку, в общих чертах.

Учеба в Институте Культуры дала мне хороший опыт накопления знаний, поиска, первых итогов. Пантомима научила меня слушать свое тело, чувствовать себя. Занимаясь журналистикой, я училась работать с информацией, отсеивать приходящие потоки. Кроме того, я тогда была всегда в пути, в прямом смысле. Какие-то постоянно были командировки, терялось ощущение дома — сменялось ощущением свободы. Реклама научила меня находиться над ситуацией.

В Bye Bye Ballet я уже, пожалуй, училась осознавать себя через некое растворение своей собственной индивидуальности. Координировала там творческий процесс, поддерживала творческую реализацию других людей. И мне это нравилось на тот момент.

Но однажды меня из всего этого как-то выбросило. Никогда не забуду тот день, когда уволилась. Отдала ключи от сейфа, телефон. Ощущение было, что отдала все. Вышла на Невский и потерялась — не знала куда идти. Никто не звонит, я никому ничего не должна, куда идти — непонятно. Села в кафе и только там осознала, что у меня меня нет, потому что даже личного телефона в какой-то момент не стало, только рабочий был. А работы нет. И надо было себя как-то собрать, но я тогда подвисла. Меня спас брат. Совершенно неожиданно, звонит и говорит: «Слушай, я снял дом на Гоа, поживешь там, очухаешься».Конечно, поехала.
И там сразу пришла к йоге?
Там йога повсюду, правда, сначала и там у меня с ней не срасталось. Пробовала заниматься в разных местах у разных преподавателей, но чтобы куда-то вернуться — такого не возникало желания.

Почти плюнула на это дело, ходила туда-сюда без особого энтузиазма. И вот однажды собралась поехать в соседний штат, искала, кто мне проведет небанальную экскурсию. Друзья посоветовали некоего Мишу. Но когда я с ним созвонилась, он вместо экскурсии предложил мне прийти к нему на йогу. Причем, к 8 утра: далеко и неудобно — час пешком по пляжу идти. Почти отказалась, но что-то утром меня подняло с кровати и я сама удивилась тому, что пошла.

В итоге — бодро ходила каждый день, любуясь первыми лучами солнца. Именно там все соединилось, я начала приходить в себя, эмоционально и физически выравниваться. Миша и его Йога дом оказались мне близки, хоть я там и не задерживалась на разговоры после уроков. Все постигалось как-то невербально по большей части.

Уже год спустя, когда я вместе с Мишей ездила в Гималаи, узнала что у него у самого путь немного похожий на мой, хотя и более лихой, конечно. В свои 25 он уже работал на Первом канале, занимался редакцией телепрограмм, и все шло, казалось бы, своим чередом — карьера, все дела. Но вот однажды он вышел из Останкино поздним вечером, стал ловить машину, и вся жизнь одномоментно как-то осозналась. Как это бывает, тебя вдруг осеняет: «И что, так будет всегда? Зачем мне это все надо?» — примерно так, со слов Миши. И он все бросил, уехал в Индию, без денег, почти в никуда. Так вот приехал к себе, теперь уже более 15 лет живет в Гоа, вне сезона проводит время в горах, иногда приезжает в Москву и периодически преподает йогу на «Кинотавре».
Анна Пироженко
Фотограф: Елена Григорьева
Я знаю, что ты пробыла там 2,5 месяца и вернулась домой, что было дальше?
Когда я вернулась, думала, что, как это сейчас говорят, «обнулилась», — пора приниматься за дело. Но еще тогда не поняла, что обнулилась полностью. Стала ворошить прошлые связи, искать работу в сфере рекламы, организации мероприятий. Сил вроде как было много, но все упиралось в какие-то барьеры. На самом деле я уже себя не видела во всем этом, просто действовала по привычке, что-то пытаясь вернуть. Естественно, параллельно я сразу же пошла заниматься йогой. Причем, это была йога в гамаках. В Гоа я о ней думала и хотела попробовать, поскольку когда-то меня увлекали занятия на цирковых полотнах, а теперь еще и йога так основательно вошла в мою жизнь. Любопытно было, как это можно совместить.

И вот я уже была в форме, полна сил и энергии, ходила заниматься по абонементу. Однажды преподаватель после урока мне и сказала: «Что ты ходишь? Давно бы уже окончила инструкторские курсы, мы бы тебя оставили у нас работать». Для меня это было пугающей неожиданностью. Но я пошла на курсы, сдала экзамен и осталась в студии.
Расскажи о финансовой стороне преподавания.
По началу, моя новая профессия денег не приносила: урок стоил 500 рублей за 1,5 часа. Сколько можно дать уроков в день? Немного, ведь занятия в основном только вечером проходят. Я брала все занятия, какие только можно, замены и еле-еле получала 20 тысяч. Меня это выбивало морально, изнашивало и физически. Срывалась, пыталась даже бросить йогу. Ездила в Москву устраиваться на серьезную организационную должность, но внутренне понимала, что это не мое. И, естественно, там ничего не получилось. Я продолжала преподавать. У меня еще убеждение было такое расхожее, о том, что йогой денег не заработаешь, йога это для души. На самом деле, чем угодно можно заработать. Но у нас в стране как-то стыдно получать деньги за что-то честное, искреннее. Обязательно художник должен быть голодным. Если у него достаток, то он обязательно продался – это стереотип. Пока не решишь эту проблему внутри себя и будешь выбирать разумом, с точки зрения целесообразности, будешь бедным…или продажным. Или будешь работать на нелюбимой работе и страдать за свой выбор. Причем, скорее всего, денег будет не хватать.

Эта схема, кстати, не только работы касается. Но это уже другая история.

Деньги же – это материализованная энергия. Я даю продукт творчества, знания, опыт, а человек дает деньги – такой взаимообмен. Это нормально. Важно себя ценить адекватно, делать то, что тебе по-настоящему нравится, уметь отдавать – принимать и довольствоваться тем, что у тебя есть.

Сейчас у меня все с деньгами нормально, хватает на все, что мне нужно в данный момент.
Что для тебя есть йога с точки зрения профессии?
Йога — это такая всеобъемлющая профессия, которая на тебя накладывает слишком много ответственности за свою жизнь. Но это, возможно, не у всех, у меня так. Слишком много приходится думать о себе, о том, что все, что вокруг — это трансляция и отражение тебя. Например, если тебя кто-то обманул или предал — это твоя проблема, разберись в себе. Необходима постоянная включенность. Это ужасно тяжело.

С другой стороны, это очень интересно — ловить поток и постоянно с кем-то делиться тем, что ты узнаешь.
Тебе приходилось сталкиваться с какими-то стереотипами из серии «ты же врач, помоги мне»?
Да, это как у всех. Типа — «ты же фотограф, что ты без фотоаппарата на юбилей пришел?» (или как там?). Так и тут, иногда даже о невозможном просят, будто я волшебник. Но с этим я как-то научилась справляться, иногда отшучиваюсь, иногда помогаю, чем могу. В зависимости от ситуации.

Но в случае с йогой есть кое-что еще.

Часто накладывают на тебя определенные обязательства. Например, быть невозмутимым. Часто можно услышать: «Что ты нервничаешь, ты же йог?», «Что ты ругаешься, грустишь, ты же йог, у тебя все должно быть шанти-шанти». Но у меня свой путь и свои уроки, и они тоже серьезные, как у всех. Я тоже могу разозлиться и, конечно, как любой человек, могу все, что угодно, в себе оправдать. Могу быть слабой и уязвимой: могу и расплакаться, и эмоции могут взять верх. Мы же все равно остаемся людьми. У меня сейчас такой период, я разрешаю себе чувствовать, ошибаться, разочаровываться — просто жить. В конце концов, ведь, кроме духовного пути есть еще и простые кармические задачи.

Конечно, практика помогает мне эти задачи спокойней и осознанней решать. Но иногда эта же самая практика вынуждает эти самые вопросы решать настолько фундаментально внутри себя, что приходится сталкиваться лицом к лицу со своими демонами, окунаться с головой в огонь чистилища, чтобы или возродиться как птица Феникс, или сгореть (обязательно напишите, что я говорю это с улыбкой).
Анна Пироженко
Фотограф: Елена Григорьева
Недавно я общалась с психотерапевтом и мы обсуждали, что жизнь стала настолько быстрой, что у человека нет времени на то, чтобы остаться с самим собой, на анализ своих поступков и происходящего. Что ты думаешь на этот счет?
Недавно мне нужна была перезагрузка и я попросила у дяди ключи от дачи. Я три дня пробыла одна: запретила себе читать, говорить, отключила гаджеты, — разрешено было просто находиться с собой. Наблюдать за мыслями, осознавать, что происходит на самом деле внутри. Было сложно, несмотря на то, что я делаю это не в первый раз. Но эта практика, на мой взгляд, прекрасна. Хотя, конечно, подойдет в таком одиночном варианте далеко не всем.

Когда остаешься наедине с собой, только так и понимаешь, сколько мусора у тебя в голове. Все эти ленты новостей, бурлящие информационные потоки не могут не влиять на человека, каким бы сильным он не был. Все это цепляешь, цепляешь и растворяешься в этом во всем, забывая о том, кто ты и что для тебя действительно важно. Становишься сам таким стремительным хламом, летящим в небытие. На лету хватаешь: какую попало еду, каких попало людей, какие попало развлечения и так далее.

Чтобы как-то можно было такую жизнь выносить — есть алкоголь и наркотики. Они дают иллюзию снятия напряжения. Ну, а настоящая встреча с собой не всегда приятное удовольствие.

Вообще, как жить — это выбор. Кто-то умудряется все-таки быть счастливым каким-то своим способом, удачно вписываясь в контекст всей этой канители. Это уже искусство. Но ко мне на уроки очень часто приходят люди со схожими проблемами. Самое распространенное — раскоординация движений, потеря адекватного ощущения себя на телесном уровне. Тут глубоко копать не надо. С внутренним миром и ощущением себя во внешнем мире это, как правило, очень тесно связано.

Обычному человеку часто именно самых простых связей не хватает. Йога здесь помогает, как минимум, улучшить качество жизни посредством обретения ощущений, пониманию возможностей своего тела и обретению тем самым целостности. Она же по определению дословно переводится, как связь, соединение.
Зачем обычно люди приходят на занятия по йоге?
Вообще самое распространенное — это «спина болит», «хочу быть в тонусе» и «хочу сесть на шпагат».

Потом выясняется еще много всего. Человек начинает прислушиваться к себе, узнавать себя, принимать таким, какой он есть. Но не всегда. Иногда не готов или просто не хочет. В таких случаях я не настаиваю.

Бывает наоборот. Приходит человек с очень большим духовным запросом. Говорит, что всего уже достиг, что там надо. Буквально, что требуется — так седьмую чакру прокачать, да помедитировать, но обязательно с выходом в астрал. В итоге выясняется, что спина болит, тонуса нет, полный вдох не сделать и жизнь обман. Приходится осваивать простые позы и последовательности. Но часто такие люди находят себе другого преподавателя, «подуховней», который все, что надо, «сделает».
Где ты училась на преподавателя по йоге?
Как я уже говорила, первый сертификат я получила по йоге в гамаках. Здесь, в Петербурге. Спустя год прошла обучение второго уровня. Здесь же, в Петербурге, в течение года я проходила обучение на курсе Йогатерапии.

В Индии, в Ришикеше я получила базовый сертификат по преподаванию хатха-йоги от всемирной организации «Yoga Alliance».

Также посещала различные семинары, ездила в Турцию на углубленный курс для преподавателей. Вообще, это непрерывный процесс обучения йоге — всегда что-то дочитывается, досматривается, дополняется к тому, что есть.
Получается, чтобы быть профессионалом в йоге, нужно быть разносторонним человеком и постоянно развиваться?
Йога многогранна. Можно подходить к ней со стороны медицины, биомеханики, психологии, философии. Можно санскрит выучить и изучать йогу по первоисточникам. Некоторые приходят к тому, что поступают в мед. Институт на факультет психологии, философии.

Кто-то остается на месте и ему этого достаточно. Опять же — дело выбора. Лично я люблю учиться.
Что ты можешь пожелать тем, кто думает пойти в преподаватели йоги?
Да просто прислушиваться к себе, не бояться и не зацикливаться. Какой бы не была профессия, нужно жить тем, что ты делаешь. И не врать себе. Не устраивает жизнь — надо менять что-то, лучше начав с себя.

Если вы решили, что йога на данном этапе жизни что-то для вас откроет, то не раздумывайте — идите и занимайтесь. Кто знает, может, это ваше призвание.