Варвара Кондратьева

«Я не считаю себя поэтом» Варвара Кондратьева о естественности, простоте слов и о некрасивых вещах, которые вдохновляют
Стихотворение — это фотография чувств.
Хотелось бы поставить вас в известность: все мои стихотворения основаны на реальных событиях, а большинство из них вообще имеют конкретную дату и время. Мне нравится описывать то, что происходит в настоящей жизни. Стихотворение — это фотография чувств.
Я очень долго стеснялась полностью выражать свои мысли в стихах. Какая-то внутренняя цензура, внутренние рамки все-таки присутствуют. Очень непросто от них отречься и сделать действительно уникальный продукт.
Мне не нравится читать стихи перед публикой. Это очень тяжело и трудоемко. Даже так: чем меньше людей в зале, тем сложнее. У меня нет ни боязни сцены, ни боязни людей, но с глазу на глаз что-то рассказывать невероятно тяжело.
Хочется оставить мозг стерильным.
Многие спрашивают: «Варь, кто у тебя любимый поэт?». Мне кажется, я не могу ответить на этот вопрос, потому что я очень мало читаю. Хочется оставить мозг стерильным. Хочется осознавать, что сделанное тобою — плоды твоего воображения, не основанные ни на чем. Хотя это, наверное, глупо. Вот когда-нибудь я созрею и начну взахлеб читать все подряд .
Меня вдохновляют некрасивые вещи. Красота — в обыденности: разводы бензина в лужах, трещинки на асфальте. И вся эта обшарпанность, быстротечность...
Мне не нравятся стихотворения, в которых слова — не из мира сего. Понятно, да: литература, игра слов, сложные выражения... Но кому это надо?
Мой папа — художник Александр Кондратьев. Наверное, на меня очень повлияло его творчество. И вообще стиль «варварского аналитизма», как он его называет. Такие грубые, мрачные, брутальные картины. Анализ форм, детализация... На мне это сильно отразилось. Я и сама рисую; по образованию я ближе к художнику, чем к поэту. Я сначала не видела папиных картин, а потом оказалось, что они очень похожи на то, что придумывала и рисовала я. Не зная этого стиля, не видя его работ — это что-то было в крови…
Я не считаю себя поэтом. По крайне мере, я не хочу причислять себя к этому классу людей. Мне не нравится, как они себя ведут, как себя подают, — это все напыщенно. Мне не нравятся стихотворения, в которых слова — не из мира сего. Понятно, да: литература, игра слов, сложные выражения... Но кому это надо? Это нужно искушенной публике, а мне хочется, чтобы было понятно всем. Это как классические произведения: в каком бы столетии ты их ни прочел, понимаешь, что они имеют к тебе непосредственное отношение. А просто громкие слова, набор красивых фраз — это игра на публику. И вся эта напускная томность... Мне бы не хотелось, чтобы меня видели именно так.
Сейчас я очень редко пишу. Потому что литературное творчество для меня больше сублимация, чем основной род деятельности. Поэтому и стихи все печальные, немного даже язвительные.
Литературное творчество для меня больше сублимация.