Tonoptik: «Импровизация — это далеко не всегда только интуиция»

Медиахудожники Юрий Толстогузов и Александр Иньков (проект Tonoptik) об интуиции и импровизации, секретных источниках вдохновения, стандартах качества, пространстве и аудиовизуальной инсталляции PORTAL.
Текст: Геннадий Беш
Tonoptik
Tonoptik
Проект Tonoptik был создан в конце 2014 года и, в данный момент, является результатом сотрудничества медиа художников Юрия Толстогузова и Александра Инькова. Участники коллектива экспериментируют со звуковыми и визуальными конфигурациями, основывая свой подход на свободном исследовании современных медиа-технологий и их взаимодействия с человеком. Работы, созданные в рамках Tonoptik, были представлены на международных фестивалях OpenLook (RU), Cross-Art (RU), Точка доступа (RU), MADATAC (ES). В 2016 году проект был номинирован на премию Сергея Курехина, а в 2017 стал лауреатом испанской премии MADATAC.
В прошлом веке музыканту было проще — он мог опираться на общие композиторские приемы и быть пусть и не гением, но хорошим «середнячком». Как же быть сегодня, особенно импровизаторам экспериментальных форм? Есть ли различие между интуицией и импровизацией в творческом процессе?
Юрий: Несмотря на то, что поменялось с тех пор очень многое, сам человек, как мне кажется, по сути, изменился не очень сильно. Всегда были те, кто предпочитал идти по проторенной дорожке, и те, кому было интересно заниматься исследованием и искать новые пути. Исследование в искусстве имеет очень много общего с исследованиями в других областях. Кто-то изучает физические процессы, а кто-то инструменты, которые он использует, например, в музыке. И так происходит уже очень давно. Очевидно, меняются акценты по разным причинам и, так называемая, мода, в самом широком смысле этого слова. Опирался ли Кейдж в прошлом веке на общепринятые композиторские приемы, экспериментируя не только с музыкой, но и с самим пониманием этого слова? Сати Эрик разрабатывал свои собственные, уникальные на то время методы композиции еще в позапрошлом веке. Сама же импровизация и вовсе явление довольно древнее. Но, что интересно, так это наблюдать как различаются подходы и какие применяются техники.

Отсюда и ответ на второй вопрос. Импровизация — это далеко не всегда только интуиция, следующий шаг может быть сознательным логически выводом, точным расчетом из каких-то актуальных данных, которые становятся известны в последний момент. Все зависит от применяемого подхода. Возьмем, например, Яниса Ксенакиса. Он разрабатывал математические алгоритмы, используемые для построения композиции. Учитывая использование стохастических функций в его работах, если развивать идею алгоритмической музыки, легко можно прийти к мысли о машинной импровизации. Точнее, здесь лучше задать вопрос, можно ли считать импровизацией в творчестве музыку, если она исполняется не человеком, а неким искусственным интеллектом, созданным человеком и какое место во всем этом отведено для интуиции. А творчеством, вообще, это можно считать? Думаю, наступят времена, когда подобные вопросы станут более актуальными для нашего общества и ответы на них потребуют пересмотра многих определений. Одной из наших работ, Zikaden, где звуки и световые импульсы генерируют тридцать запрограммированных с помощью вероятностных алгоритмов устройств, мы пытались затронуть эту тему. Но это была не столько попытка получить ответы, сколько причина, которая побуждает формулировать вопросы, а с вопросов начинается любой эксперимент.
hyperspace
Есть ли ощущение, что музыка лишилась чувств и стала более разумной, т. е. требующей глубокого изучения каждого произведения и доступная для понимания только лишь после многократного прослушивания?
Александр: Не только (или не столько) многократного прослушивания, сколько вообще постоянного прослушивания разнообразной музыки, изучения критического материала, интервью, биографий, библиографий и т. д. Постмодернистское искусство подразумевает возможность любого контекста, и умение работать с этим контекстом требует огромной базы и хорошей систематизации. И это касается не только музыки, и не только искусства. Человеческие знания увеличиваются экспоненциально. Сегодня специалист в одной области знаний с трудом разберется в ближайшей области, и совсем не разберется в смежной с ближайшей. Без умения систематизировать информацию мы захлебнемся в ее потоках. Как ответ на этот вызов сейчас бурно развивается machine learning, что отражается, в том числе и на искусстве: алгоритмы машинного обучения используются во многих областях искусства.
Есть ли у вас секретный источник вдохновения, не очевидный на первый взгляд?
Юрий: Вдохновляет, если честно, буквально все. Красивое, уродливое, шум, тишина, наука, политика, природа, города, необычное и повседневное. Все, что я могу воспринимать становится частью меня, дает мне новый опыт и новые импульсы. Недавно был в Череповце, городе индустриальном. Удалось побывать там в промзоне, среди заводов. Черный и желтый дым, строгие и исключительно функциональные формы, огромные масштабы — ощущение чего-то совершенно нечеловеческого. Ночью в Порту, когда на улице тихо, отчетливо слышно, как пешеходные светофоры издают высокочастотный монотонный звук, очевидно, для слабовидящих людей. Если находиться в таком месте, где вокруг располагается несколько переходов, из этих звуков складывается удивительная композиция, текучая и пространственная. Примеров таких масса, встречаются они постоянно и везде. Искусственный интеллект, открытия в области физики и биологии, технологические достижения, социальные изменения — перечислять можно бесконечно. Все это, конечно, влияет на творчество очень сильно.
Tonoptik
Что происходит если перестать думать: ум открывается подсознательному или мистическим силам? Влияет ли это как-то на процесс создания или восприятия вашего творчества?
Юрий: Чтобы понять, что я перестал думать, нужно как-то зафиксировать этот момент, то есть осознать его, а для этого придется думать. Поэтому, отключают ли свое сознание, скажем, джазовые исполнители импровизационной музыки, или перенаправляют его в другую плоскость — вопрос открытый. Но лично мне нравится мысль, что, так же как творчество влияет на наше состояние и мироощущение, так и наше состояние влияет на творчество, при этом, и на восприятие, и на сам творческий процесс. Мне это видится, как взаимодействие, а точнее, даже, как части единого целого. Три части единого целого, если быть точнее: творческое состояние автора, само его творчество и мироощущение слушателя, которое оказывает воздействие на его эмоциональное восприятие. При этом, нельзя назвать это взаимодействие однонаправленным, ведь слушатель тоже создает это произведение, а автор, также является слушателем.
medialab
Существуют ли внутренние стандарты качества произведения, которые способны не пропустить его на суд слушателю?
Юрий: Они, конечно, существуют, но это скорее какие-то невербальные стандарты, основанные на индивидуальном эстетическом понимании и субъективных интересах. Здесь, наверное, проще сказать, чем эти стандарты не являются, нежели наоборот. У нас своеобразное отношение к публике. Да, многие деятели искусства пытаются достучаться до своего зрителя, заставить его задуматься. Мы же просто исследуем. И публика, зачастую, является исследуемым объектом. Мы как бы ставим вопросы: а какой визуальный эффект окажет такой-то прием на зрителя, а какой аудиальный, а какая художественная или философская интерпретация возникнет у него в голове, совпадет ли это с нашими представлениями? И, главное, зачастую, получаем неожиданные ответы. Мы, скорее, сначала создаем то, что интересует нас, субъективно, исходя из нашего внутреннего ощущения, которое зиждется на индивидуальном опыте, а потом удивляемся, если наша работа понравилась кому-то еще.
Tonoptik
Можно ли провести параллель между качеством исполнения и техническими возможностями музыканта?
Александр: Не параллель, но связь, конечно же, существует. Музыкант должен обладать определенным уровнем владения инструмента. А симбиоз с инструментом во времени — это по-прежнему один из основных путей становления музыканта. В этом смысле ничего не изменилось за последние много лет. Однако многое изменилось за последний век в понимании инструмента. Теперь им может быть и язык Wolfram, и набор микросхем, и джойстик от приставки, соединенный с аналоговой драм-машиной. Инструмент для музыканта подвержен не только плавным метаморфозам, но и полной трансформации со временем, а музыкант из «вивисектора» может превратиться в «математика». Возможности многократно расширились, а техники усложнились, что повышает порог вхождения как для слушателя, так и для музыканта.

Стоит также отметить, что при возможности свободного обращения с инструментом, у музыканта происходит качественный переход, техника исполнения уступает в своей важности технике организации звукового пространства, картинка масштабируется, музыкант становится все меньше исполнителем и все больше композитором. Это очень важный момент, происходит замена категорий и инструментария, доступных музыканту.
Есть ли шанс что когда-нибудь ваша музыка станет классической?
Александр: В мультиверсуме все так и происходит с определенной вероятностью, так что шанс, конечно же, есть.
portal
Пожалуйста, расскажите о вашей аудиовизуальной инсталляции PORTAL, которую вы представили на inmediafest.
Юрий: Мы всегда любили работать с пространством, как-то изменять его. Вместе с тем, мы увлекаемся квантовой физикой и теорией относительности на любительском уровне, точнее, теми интерпретациями, к которым приходят сами физики исходя из сложнейших математических уравнений, описывающих нашу вселенную. Самое завораживающее, что выводы, которые они делают, очень серьёзно отличаются от нашего интуитивного представления о мире. Поэтому, создавая эту работу (и не только эту) мы вдохновлялись этими научными веяниями, точнее, даже тем, как они разнятся с нашими привычными ощущениями. Мы привыкли жить на Земле, обычно не видим даже микробов, не говоря уже о микрочастицах, и до скорости сравнимой со скоростью света ускоряться пока не умеем, поэтому мы вряд ли сможем как-то ощутить искривления времени и пространства, обычно не наблюдаем флуктуаций предметов или 11-мерной супергравитации, и наш кот либо жив, либо мертв, а не все вместе сразу. Многие писатели тоже вдохновляются этими идеями и пытаются перенести какие-то принципы из микромира в нашу повседневность, где они, на самом деле, работать не обязаны. Пусть это останется на совести этих писателей, но мы этим заниматься не любим. У нас все еще хуже, мы хотим перенести сам микромир в макромир. Но, так как сделать этого мы, к сожалению, пока не можем, приходится обманывать зрителя, точно так же, как наша интуиция обманывает нас, при попытке понять секреты нашей вселенной. Поэтому, наша работа, это своего рода эксперимент над тем, как человек воспринимает окружающую среду, над нашими ощущениями пространства и времени.
Материал подготовлен при поддержке фестиваля медиаискусства MEDIA IN