Дмитрий Гайдук

«Рассказываю как дышу, сколько себя помню»: Дмитрий Гайдук о грядущей публикации книги «Всякие сказки про все на свете», о рождении фольклорного проекта и о том, как привычка рассказывать стала формой заработка.
Фото: Елена Карпова
Текст: Михаил Максимов
Дмитрий Гайдук
Приходят не только за сказками, но и за атмосферой, потому что здесь собираются в основном хорошие люди.
Мы все ждем книгу «Всякие сказки про все на свете». Когда уже?

Дмитрий: В феврале она все же выйдет. Картинки полностью собраны: осталось подобрать шрифты, отверстать и сдать в печать. Непосредственно всей версткой занимался человек из Владимира. Мы с ним встретились, когда я приехал туда выступать. Он ко мне подошел и сказал: «Давай сделаем бумажную книжку, у меня издательство». Я сказал: «Давай, почему нет? Сделаем, конечно, бумажную книжку».
Там есть новые тексты?

Д.: Новых текстов там нет. Новых текстов у меня, наверное, года два нет, — за исключением «90 месяцев», которые я стараюсь дописать все это время. Я ведь не только выступаю: я сам себе администратор, то есть организую концерты, рекламу рассылаю. Пытался я сотрудничать с разными людьми, — не получается. Люди, которые занимаются рекламой, абсолютно не понимают, что такое целевая реклама и как отфильтровать публику, чтобы пришли только свои. Я это понимаю. Приходят не только за сказками, но и за атмосферой, потому что здесь собираются в основном хорошие люди.
Книгу можно будет заказать в интернете или другим способом?

Д.: Я думаю, что на Ozon'е заказать будет нельзя. Мы будем распространять книгу не официально, а по подписке среди своих, — благо своих уже достаточно много. Думаю, что распространение по подписке почтовой рассылкой тысячи две экземпляров продаст точно, — плюс концерты. Книга выйдет в виде сборника: в определенной компоновке, с картинками, с предисловиями и послесловиями к каждой сказке, сообщающими дополнительные сведения, о которых меня часто спрашивают.
Роскомнадзор стал усиленно «прикрывать» сайты: ваш, где хранится архив сказок, постигла та же участь, что и Rutracker.org. Какова ваша оценка происходящего?

Д.: Естественно, это весело и радостно. Когда я пришел в интернет, он был в основном на английском, интерфейсы были не особо дружественные, во многих программах сохранялась командная строка, которую надо было заполнять опять же на английском. В интернете было меньше олигофренов.
А «Растаманские сказки» появились благодаря интернету, — или кассетному магнитофону, или Индии?

Д.: Когда появились «Растаманские сказки», никакой Индии еще в проекте не было. Я сидел в Полтаве, переводил книжки для московского издательства «Миф». У меня была мастерская, в которой собирались местные неформалы, — курили, тележили всякие телеги. И однажды меня пробила идея: а что если телеги взять и позаписывать, — больно уж складно получается? Так и появились «Растаманские сказки». Такой вот был фольклорный проект.
И однажды меня пробила идея:
а что если телеги взять и позаписывать, — больно уж складно получается?
Сказки и сподвигли путешествовать?

Д.: Путешествую я достаточно давно, мои родители — туристы-водники, — брали меня с собой. Путешествия никогда не были для меня чем-то из ряда вон выходящим.

Когда я закончил школу и не поступил в вуз, то год работал на заводе токарем. Это было совсем не интересно. Общий стиль жизни… Рассказываю как дышу, сколько себя помню. Младшему брату сказки рассказывал, пересказывал все, что я читал, что видел, — так выработалась привычка. Другое дело, что я никогда не мог себе представить, что это будет моей формой заработка. Я больше видел себя писателем, переводчиком, — человеком кабинетным, который работает с текстами. Но у меня был уже период оседлой жизни, — я десять лет прожил в Полтаве. Потом начал путешествовать по-серьезному: в теплые страны меня занесло в 2007, — и до сих пор я все никак не уеду. В Гоа концерты каждые три дня. Выходит несколько чаще, чем здесь.
Рассказываю как дышу, сколько себя помню. Младшему брату сказки рассказывал, пересказывал все, что я читал, что видел, — так выработалась привычка.
«Мажорская» публика раздражает?

Д.: Раздражает другое. Когда человек приходит в алкоголе в крепком и весь концерт микрофонит, — в него приходится чем-то со сцены швырять, орать на него матом.
Под какую музыку лучше читать?

Д.: Это бывает по-разному. Если есть музыканты, я выступаю с музыкантами. Если нет музыкантов, использую свою фонограмму. Фонограмм у меня достаточно, я слушаю много музыки. В свое время был музыкальным рецензентом в интернете, — когда начал коллекционировать всякую музыку, преимущественно инструментальную. Ежели у меня музыкантов нет, я включаю свои коллекции.
Каким образом получилась коллаборация с вашим тезкой?

Д.: Мы познакомились в Морджиме, в северном Гоа. Мы с ним откатали достаточно большую гастроль до Новосибирска в тринадцатом году. Потом он занялся своей основной работой, — он вообще-то программист. Годик мы с ним не играли. А теперь я снова получил от него предложение поиграть вместе. Конечно, поиграем вместе.
Заранее составляете список сказок, которые будете рассказывать?

Д.: Бывает. Я выступаю в Москве с музыкантом Василием Кашниковым время от времени. Он серьезный музыкант, ему нужно, чтобы был установленный список, — он под все это составляет музыку.
Что можете сказать о воровстве «Растаманских сказок»?

Д.: У меня есть такое средство защиты авторских прав, как голос. Его ни с чем не спутаешь. Любые переосмысления, аранжировки новые, пересказы, дополнения означают, что история живет своей жизнью. Я это всячески приветствую.
У меня есть такое средство защиты авторских прав, как голос. Его ни с чем не спутаешь.