«Белый куб» Выпуск 14 (Томоко Омата (Ouma))
Японская художница Ouma провела месяц в кронштадтской Арт-Резиденции ГЦСИ и представила проект в галерее Арт-Лига. Мы побеседовали с ней о значении «Клеточной инсталляции», проекте SORA и об универсальном языке искусства
Юлия Рыбакова
Автор проекта «Белый куб» — о том, что есть современное искусство, кто его создает и как все это понимать. Куратор галереи «Арт-Лига» в арт-центре «Пушкинская-10», Санкт-Петербург.
Томоко Омата (псевдоним — Ouma) — японская художница, фотограф, родилась в 1979 году. Живет и работает в Токио. Ее работы выставляются в различных галереях Японии. В апреле этого года Ouma работала в Художественной Арт-резиденции Государственного центра современного искусства (ГЦСИ) в Кронштадте, и по итогу представила свои проекты в галерее Арт-Лига.
Расскажите, пожалуйста, о проектах, которыми Вы сейчас занимаетесь.

У меня сейчас есть два актуальных проекта. Первый — SORA. Сора по-японски — значит «небо». Я собираю рисунки разных людей. Я даю им листы формата А4, разделенные на ячейки, и они раскрашивают их как захотят. После того как они заканчивают рисовать, я соединяю эти кусочки. Картина растет по мере увеличения участников. По окончании проекта получится одна большая работа. Большая часть участников на память оставили свои имена на рисунках!

Этот проект существует с сентября 2013 года, и уже собрано около 600 работ.

Главный месседж этого действа примерно такой: «Все люди индивидуальны и важны». Каждый может принять участие в этом проекте, и мы сделаем «Мир» вместе. Неважно, какая у людей раса, пол, язык, страна, религия — все индивидуальности одинаково важны. В контексте современного искусства проблема этой работы может быть сформулирована как проблема авторства. На самом деле это своего рода «отказ от авторства». Каждый участник может сказать, что эта работа его.
Японские чернила, кронштадтские газеты
Второй актуальный проект — Cellular installation («Клеточная инсталляция»). Самая важная информация приходит к нам из воображения. Мозг имеет свойство отвергать неизвестное.

Итак, «Клеточный» узор рисуется на бумаге. И «Клетка» является минимальной единицей жизни. Можем ли мы знать все в деталях? Можно ли охватить детализированным знанием весь огромный мир?

Зрители могут оторвать работу в любом месте, где они хотят, и забрать себе.

Эта работа выражает знание о своем «Я» с точки зрения глобальной «информации». Работа выполнена японскими чернилами на полотне, созданного из кронштадтских газет.
Почему вас заинтересовала биология?

Я стала вегетарианкой примерно шесть лет назад, и тогда же увлеклась изучением различных патологий. Например, пыталась побольше узнать о раковых клетках.

Так что мотивом моих работ можно назвать микромир, микрокосмос. Все мои работы основаны на биологии.

В ваших проектах присутствуют социальные темы. Как вы думаете, искусство может изменить мир?

Я уверена, что искусство может изменить мир.

Потому что только в искусстве участвуют все люди. Мода может быть искусством, строительство и технологии могут быть искусством. Но искусство не обязательно должно выражаться в моде, строительстве и так далее. Даже если я не знаю языка, я могу оказывать некоторое влияние на людей из других стран.
Эта работа выражает знание о своем «Я» с точки зрения глобальной «информации».
Как в Японии относятся к современному искусству?

Нельзя сказать, что я принадлежу какой-то конкретной галерее, но у меня довольно прочные отношения с галереей «UNAC TOKYO» в Токио. Юичи Иноуэ, известный каллиграф в Японии и во всем мире, тоже сотрудничает с этой галереей.
Вы довольно долго работали над своим проектором в кронштадтской Арт-резиденции Государственного центра современного искусства. Вас здесь что-нибудь вдохновило? Понравилось здесь работать?

Конечно! Я получила новый опыт для своих работ! «Опыт» и «чувства» очень важны в моей работе. В Кронштадте я использовала газеты. Я собрала их очень много — не новые, а уже прочитанные.

Смысл, который я пыталась донести, используя старые газеты: «Кто-то должен определять отношение к информации». Кроме того, Кронштадт — это база для биологических исследований, приключений и военных. В то время как врачи ищут новый путь для лечения болезней, я могу переосмыслять свою работу снова и снова.

Так что мое кредо художника звучит как: «Художественный поиск альтернативного лечения». Это как найти новый путь для исцеления людей.

Кронштадт спокойное и приятное место, что очень хорошо для концентрации искусства. Петр, художник из резиденции, очень помогал мне!
Томоко Омата (Ouma)
Какие художники Вам нравятся?

Когда я была маленьким ребенком, я очень любила Шагала. Мне нравится Джеймс Таррелл, Яёи Кусама.